Правительство Ульяновской области завершает процедуру отмены компенсационных выплат родителям, чьи дети получают образование в семейной форме. Общественные обсуждения соответствующего проекта постановления на официальном портале завершились в мае. Текущий учебный год станет последним периодом поддержки: с 1 сентября 2026 года выплаты прекращаются.

Редакция портала «Семейное образование» familyeducation.ru проанализировала аргументы профильного министерства, правовые нестыковки принятого решения и то, как нововведение оценивают сами родители и эксперты в сфере альтернативного обучения.

Официальная позиция: аргумент контроля и «лицензирования»

Региональный Минобр объясняет отмену компенсаций результатами недавнего мониторинга. По данным ведомства, сегодня в Ульяновской области семейную форму выбрали около 2,5 тысяч семей. При этом чиновники указывают на две ключевые проблемы:

1. Низкий процент прохождения промежуточной аттестации (ПА). По данным министерства, лишь 29% «семейников» официально аттестуются в школах региона.
2. Уход в нелицензированный сектор. Чиновники заявляют о росте популярности онлайн-платформ и частных центров, не имеющих образовательной лицензии.

В Минпросвещения региона подчеркивают, что изначально выплата вводилась как инструмент контроля качества образования и соответствия ФГОС. Раз контроль затруднен, материальную поддержку решено упразднить. Законным представителям напоминают, что это решение «не влияет на конституционное право ребенка на получение общего образования». За учебный 2025–2026 год выплаты (в размере от 35 287 до 42 669 рублей) еще будут произведены, но получат их, по статистике, не более 18% семей — именно столько родителей смогли преодолеть бюрократические фильтры в текущем году.

Позиция родителей: финансовое бремя и разрушение партнерства

В родительском сообществе и среди экспертов отмену выплат воспринимают как тревожный сигнал. Семьи, выбравшие альтернативное образование, указывают на то, что экономические реалии СО требуют от родителей серьезных затрат.

Юлия Семичаевская, психолог, член рабочей группы по вопросам СО при Общественной палате Ульяновска, мама троих детей-«семейников»:

«Репетиторы, онлайн-курсы, качественные платформы — все это сегодня стоит прилично. Семейное образование — это огромный труд родителей. Когда государство убирает поддержку, мотивируя это „отсутствием контроля“, оно фактически перекладывает всю финансовую ответственность на плечи семьи, отнимая инструменты помощи. Вместо диалога мы видим путь ограничений. Это порождает тревожность и создает ощущение, что право на индивидуальный подход к ребенку становится привилегией только обеспеченных граждан».

С экономической точки зрения семейное обучение выгодно самому государству, однако этот фактор чиновниками не учитывается. Представители родительского сообщества обращают внимание на компенсационный характер выплат:

Мнение мамы-«семейника» (на условиях анонимности):

«При очной или заочной форме бюджетное финансирование идет напрямую в школу. При семейной форме государство существенно сберегает ресурсы: ребенок не занимает физического места в классе, не изнашивает инфраструктуру, снижает нагрузку на учителей и бумажную отчетность школ. Логично, что родители получали хотя бы скромную компенсацию за то, что взяли эти функции на себя. Отмена выплат разрушает атмосферу партнерства между родителями и местными органами управления образованием».

По мнению familyeducation.ru акцент на финансовых потребностях по сути своей уводит от главного: все дети равны и бюджетные средства рассчитаны на каждого. Когда ребенок не приходит в школу, эти средства, хотя они и невелики, должны поступить в семью. Делать вид, что компенсации — это средство контроля, неправильно и по-человечески, и по закону. Это деньги детей, и нехорошо, когда только «милость» чиновника определяет, дойдут до ребенка средства на получение общего образования или нет.

Правовые противоречия: в чём чиновники путают понятия?

Конфликт вокруг промежуточных аттестаций (ПА) длится в регионе не первый год. Ранее городское Управление образования уже пыталось оказывать давление на родителей, не предоставивших результаты годовой аттестации, вплоть до угроз обращения в КДН.

Однако юристы и профильные сообщества указывают на очевидную путаницу в понятиях со стороны официальных ведомств.

Прохождение промежуточной аттестации действительно является обязательным по закону (ст. 58 ФЗ «Об образовании в РФ»), а также служит единственным допуском к ОГЭ и ЕГЭ. Но сама аттестация всегда проходит исключительно в лицензированных и аккредитованных образовательных организациях, куда ребенок прикрепляется в качестве экстерна.

В связи с этим аргументы властей о «нелицензированных школах» выглядят юридически несостоятельными. На семейной форме обучения ответственность за качество образования лежит на родителях. Закон дает им полное право привлекать для подготовки любые сторонние ресурсы: онлайн-платформы, репетиторов или семейные клубы. Эта сфера не регулируется государством, так как де-юре образование ребенок получает в семье. Каким бы способом ребенок ни готовился, свои знания он подтверждает на ПА в официальной школе.

Проблема заключается в другом: в семьях на СО часто выстроена индивидуальная траектория (например, блочное изучение предметов), к которой традиционные школы не готовы – организационно, финансово, методически. Именно поэтому родители часто выбирают для прикрепления те школы (в том числе дистанционные), которые готовы подстраивать график аттестаций под нужды ребенка.

При этом академические результаты «семейников» в регионе остаются стабильно высокими: на ОГЭ и ЕГЭ средние баллы выпускников на СО по таким предметам, как физика и английский язык, стабильно превышают средние показатели по Ульяновской области, а по математике и литературе — соответствуют им.

Дискуссия в сообществе: «Просто оставьте нас в покое»

В тематических пабликах и родительских чатах новость вызвала бурное обсуждение. Многие отмечают, что процедура получения компенсаций в Ульяновской области и раньше была сопряжена с избыточной бюрократией, из-за чего за выплатами обращалось меньшинство.

Часть родителей высказывает консолидированное мнение: если государство отказывается от финансового партнерства, оно должно снизить и уровень административного давления.

«Фиксированная сумма поддержки в нашей реальности — это, увы, почти фантастика. Самым лучшим решением со стороны чиновников было бы просто оставить нас в покое и не навязывать избыточный контроль, раз денег они платить не хотят», — резюмируют участники родительских форумов.

Перспективы и реальное влияние на выбор СО

На фоне общефедерального тренда, где число детей на семейном обучении за последние три года практически удвоилось (прирост на 17% только за прошлый год), действия ульяновских властей выглядят как попытка искусственно затормозить этот процесс. Существует мнение, что подобная политика ограничений может привести к оттоку наиболее активных, образованных и ответственных налогоплательщиков из региона в субъекты с более дружелюбным подходом к альтернативному образованию.

Однако, по многолетним наблюдениям экспертов нашего портала, введение или отмена компенсаций никогда существенно не влияли на количество семей, выбирающих СО. На этот шаг родителей толкает не финансовый стимул, а реальное положение дел в массовой школе: падение качества преподавания, психологический дискомфорт (включая буллинг) и острая потребность в лучшем образовании для своего ребенка, получить которое в государственной системе становится все труднее.

***

Общественные обсуждения проекта постановления на официальном портале завершились 4 мая 2026 года, сейчас документ находится на этапе подписания и официального опубликования правительством региона.